Они не спускали с него глаз и знали наверняка, что именно он подсчитывает в уме.

– Чем фирма, специализирующаяся на международном налогообложении, занимается в Мемфисе?

Вопрос вызвал улыбки. Ламберт снял очки и стал покручивать ими в воздухе.

– Хороший вопрос! Фирму основал мистер Бендини в 1944 году. Он был юристом, занимался налогами в Филадельфии, имел несколько богатых клиентов с Юга. Потом ему пришло в голову обосноваться в Мемфисе. В течение двадцати пяти лет он не нанимал никого, кроме профессионалов в налоговом законодательстве, и фирма процветала. Мы тоже все люди пришлые, но Мемфис успели полюбить. Это очень приятный старый южный город. А мистер Бендини умер в 1970 году.

– Сколько в фирме компаньонов?

– Активных – двадцать. Мы стараемся придерживаться соотношения один компаньон – один сотрудник. Для промышленности это, может, высоковато, ну а нас устраивает. И потом, у нас свой подход.

– Все наши компаньоны к сорока пяти становятся мультимиллионерами, – добавил Ройс Макнайт.

– Все?

– Именно так, сэр. Мы не можем этого гарантировать, но если вы придете к нам, проработаете десять трудных, напряженных лет, станете компаньоном, проработаете еще десять лет и не превратитесь к сорока пяти годам в мультимиллионера, вы окажетесь первым за последние двадцать пять лет.

– Ваша статистика впечатляет.

– Впечатляет наша фирма, Митч, – подхватил Ламберт, – и мы все гордимся ею. Мы живем тесным братством. Нас мало, и мы привыкли заботиться друг о друге. Между нами нет той смертельной конкурентной борьбы, которой прославились крупные фирмы. Мы очень осторожны в выборе тех, кого нанимаем, и стремимся к тому, чтобы каждый новый сотрудник как можно быстрее стал компаньоном. Именно поэтому мы не жалеем времени и денег – ни на самих себя, ни, в особенности, на наших новых сотрудников. Редко, крайне редко случается, чтобы юрист уходил из нашей фирмы. Мне, собственно, и не приходилось о таком слышать.